Главная / Культура / Уральский художник рассказал, зачем нужно искусство из отходов

Уральский художник рассказал, зачем нужно искусство из отходов

Владимир Селезнев — самородок с Урала. Его самая знаменитая инсталляция “Метрополис”. Это макет города, манящие огни, светящиеся в темноте, в свете дня он запутался. Неправильность большого города раскрывается через каждые 30 секунд — как часто зажечь “солнце” в “Метрополис”. Арт-объект из реального мусора и покрыты специальной краской, что делает город светятся в темноте. Установка воссозданы почти два десятка раз, была номинирована на Премию Кандинского в 2013 году и принес своему автору титул “Артист года” премии “Инновация” в этом году. Однако, много выбора экспертного совета и жюри задали вопросы, потому что выборщики сами, и были награждены призами. В Том Числе Владимир Селезнев. Об этике и искусство из мусора мы поговорили с художником.

фото: Мария Москвичева

Мы встретились с Владимиром на выставке “После нас”, который проходит в Уральской биеннале современного искусства в Екатеринбурге. Здесь зрителя лицом к лицу с вопросами: Можно ли отличить бота от реального человека, Зачем идти на виртуальность и что мы превращаем нашу планету? Кураторский проект Селезнева — прогноз на будущее, не менее продуманным и впечатляющим, чем его самая известная работа, которая недавно вышла-то неудобно на “инновации”.

— Твою старую работу “Метрополис” недавно была присуждена премия “Инновация”. В то же время вы вошли в экспертный совет премии, а также многие другие победители. Согласитесь, это странно?

— Применить себя, не меня. И когда я был членом Консультативного совета, пытался снять свою кандидатуру. Но как член экспертного совета не участвовал в обсуждении: я ухожу за меня решать. И я не был во время голосования. Я не мог обсуждать свою работу. Все делают — это этика. Когда я дал согласие на участие в экспертном совете, не знал, что “Ельцин-центр” будет выдвигать мою работу. В этом году премия была с явным креном в региональности, и я думаю, что это важно. Раньше нечасто представлено много региональных проектов в рамках одной премии. Сейчас это общая тенденция. Это важно для того, чтобы сделать искусство движется, потому что так или иначе, многие художники из регионов, они приехали в Москву откуда-то.

— Ты покинул пост куратора Уральского филиала Государственного центра современного искусства. Почему?

— Есть много причин. Но в этом году у меня пять кураторские проекты в разных городах, я просто не успел сделать ГЦСИ. На двух выставках я был приглашен художник, но основная деятельность была связана с этими проектами.

Художников трудно пойти в кураторы: организационную нагрузку. Эта трансформация была естественной?

— Нет, абсолютно неестественные трансформации, который я тоже очень привлекательно, и я надеюсь, что в следующем году я буду намного меньше работы в качестве куратора и многое другое — как художник.

— Какими проектами сейчас занимается?

— Недавно я вернулся из Красноярска, где он руководил 13-й Красноярской музейной биеннале. Это очень большой и трудоемкий проект. Конечно, это не такие масштабы, как в Уральской биеннале в Екатеринбурге, хотя это одно из старейших в России. Но она в потрясающий музей. Это бывший Музей Ленина, теперь называется “Площадь Мира”. Очень красивая архитектура советского модернизма. Последний месяц я жил в Красноярске, и сделал проект. Моя выставка называется “открытые границы”, она очень созвучен с тем, что я в принципе и делаю. Художники не просто выполняют работу, а конкретно работа специальными в Красноярск, про Красноярск, в сотрудничестве с местными художниками, различными общинами. В контексте истории Красноярска. Эту работу, что вполне объяснимо Красноярский зрителей. Мне кажется, что если мы хотим видеть современного искусства привлекли аудиторию, она должна показать, что это не что-то далекое, и ты сам можешь стать ее частью. Я думаю, что в этом проекте мне удалось.

 

Город от мусора

И все же основная работа для вас “Метрополис”. Как это началось?

“Метрополис” я делал много раз в разных городах. Сейчас постоянно поступают предложения. Я начал в 2009 году и за 10 лет сделал больше чем в 10 раз. Это инсталляция, где я создать город из мусора. Раньше я делал полностью проект сам — от сбора мусора до установки. И когда я начал в 2009 году об этом мало кто говорил. Тогда окружающая среда не была лучшей. Теперь произошел переход к раздельному сбору отходов, который не работает. Но, по крайней мере сейчас об этом говорят все — от чиновников до простых людей. Не думаю, что моя установка поднимается волна, но она стала частью его. Когда я делал этот проект с людьми, я говорил тебе не бросать мусор в месяц. И когда они увидели, сколько мусора накапливается за месяц, они представляли масштаб. Каждый должен делать то, что он может. Например, я не покупаю пакеты, я всегда хожу в магазин с сумкой. Начните с малого: Не покупайте пакеты, а не для производства полиэтилена. Если каждый начнет следовать, по крайней мере, что-то будет двигаться, в том числе и на уровне переработки.

В 10 лет, что существует этот проект, что-то изменилось в сознании людей, ваших друзей, друзей?

— Мои друзья и знакомые придерживаются этих принципов. Современные люди начинаются подвижки сознания в сторону устойчивости.

— Что вы сделали установки, городского мусора была хорошая жизнь, выставки. Что происходит с отходами дальше?

— Конечно, выбросили. Но в Краснодаре, например, после выставки была представлена презентация на утилизацию, как разделять мусор, как это утилизировать. Такие семинары также являются очень важными. И еще, например, одного из объектов, который хранится в Музее Москвы — это все прекрасно, когда мусор с улицы идет в музей (смеется).

— Многие не понимают, как мусор становится искусством. Или почему “Черный квадрат” – это искусство. Что вы скажете?

— Есть люди, которые не слышат вас — это такой контингент, что лучше не спорить на нервы. Если человек не хочет ничего знать, я, к сожалению, не могу помочь. Я могу помочь тому, кто сомневается и не хватает знаний, объяснения. И заявления типа “Я Черный квадрат нарисовать” – это не разговор, таких людей я избегаю. В свои экспонаты, я объясню, что современного искусства. Есть другое мнение? Ладно, оставь это мне.

— Каков ваш прогноз на будущее? Человечество утонет в мусоре?

Я не знаю. Судя по фантастическим фильмам и книгам, то подавится. Как правило, то, что было научной фантастикой сто лет назад, понял. Я был очень потрясен, видел одну картину. Я был в Таиланде, шел через джунгли, а посреди нее стоял горой пакетов и мусора. Это так странно он выглядел! Даже сейчас, я помню, и волосы встают дыбом. В Таиланде, в Индии вы постоянно навязывают эти пакеты. Когда они бросают — это ужасно. Это большая проблема, которую нужно решать и каждого человека в отдельности, и на государственном уровне, и на глобальном уровне.

Запах стали и краски

— Сейчас вы известный художник, работал в качестве сварщика на заводе. Что привело вас к искусству? Это было противоположное решение или обстоятельства?

— Я в детстве хотела быть художником, но не пытались осуществить это желание. В моей жизни важную роль сыграл его дед, который был наивный художник. В детстве я всегда смотрел, как он пишет.

— Он научил тебя рисовать?

— Нет, он никогда не учился. Он самоучка, который любил рисовать. Но как я видел с детства, как он рисует, мне было интересно.

Это генетическая память…

Да. Я думаю, что запах масляной краски, который я впитал с детства, осталась со мной на всю жизнь. Но, как и все друзья, я поступил в колледж на техническую специальность. Понимаю, что это не мое. Слева. Пошел в армию. После того, как он поступил в школу, научился в шесть месяцев на сварщика и работал на 3,5 года по специальности. Уже работает на металлургическом заводе в Нижнем Тагиле, я вспомнил, что я хотел быть художником. И понял, что пора осуществить свою детскую мечту. Я взял отпуск и уехал на месяц на курсы, а потом поступил на художественно-графический факультет Нижнетагильского педагогического института (ныне медакадемия). Пять лет спустя я переехал в Екатеринбург. Работал в качестве дизайнера, он создавал компьютерные игры. Я поняла, что хочу заниматься современным искусством и начал делать это профессионально.

— Как арт-среды в Екатеринбурге за последние 10 лет? Вот сколько есть на Уральской биеннале.

— Во всем мире. Когда я приехал сюда в 2002 году, здесь современные художники были единственной группой “куда бегут собаки”. Я приехал в Екатеринбург со своими друзьями — мы назывались группа “Зер гут”. Мы и “куда бегут собаки” первых художников, которые практиковали современного искусства. Сейчас иногда бывает в Екатеринбурге, в Москве — можно пройти в один день по несколько отверстий. Есть много сайтов. Молодые художники объединяться и делать выставки в барах или в заброшенных домах. Из-за того, что за 10 лет Уральская биеннале, экология изменилась.

— Сейчас говорят, что Урал стал центром промышленного искусства. Что особенного в этом искусстве?

— Я думаю, что современные уральские художники делают работу в глобальной тенденции. Два года назад у меня была выставка под названием “Укрощение бездны”. И это было исследование, посвященное 50-летию Уральского современного искусства. Я проанализировал, как появилась эта новая среда. Первая уральская современных художников школы “Уктусский” (Свердловская группа авангардных 1965-1974 гг. — М.). Когда не было понятия современного искусства, они занимались концептуальным искусством, но не знали его, потому что само понятие еще не существовало. Джозеф Кошут открыл музей нормального искусства в 1967 году, затем Уральским Валерий Дьяченко написал картину “облако чей”. Он вошел в пейзаже слов и смыслов до Кабакова. Откуда она взялась, непонятно. Я не могу сказать, что Урал искусства. Но если вы спросите меня, я всегда причисляли себя к Уралу.

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*