Главная / Культура / Сплав из «Сансары», «Ундервуда» и поэтов

Сплав из «Сансары», «Ундервуда» и поэтов

В 2018 году “МК” опубликовал интервью с Андрей Орловский, основатель платформы “Живые поэты”. Свою общину он назвал поле “на неудобные, острые и свободы” — те, кто, имея талант, был за так называемой официальной литературном пространстве. Когда вышел проект сборник, помимо стихов молодых авторов вошли в тексты таких известных персонажей, как Глеб Самойлов, Диана Арбенина, Борис Гребенщиков, Илья Черт. В течение года община выросла, окрепла, приобрела новые формы и участники. Он никогда не ограничивались показания: его события поэтов всегда стояли бок о бок с музыкантами. И теперь его создатели придумали вместе с окном творческое объединение “АРТ” и фестиваль впервые прошел в Белгородской области. Мегабит был свидетелем событий.

“Ундервуд”. Фото: Катерина Малыгина

Все смешалось в Старом Осколе — лекции на издание книг и пришедшим в русскую поэзию после “шестидесятников”, открытое чтение поэтов из разных городов и выступлений (вдруг поразило заявление директора Старооскольского театра Марина тмина “Голубь в Сантьяго” по поэме Евтушенко), обсуждение проблем современной литературы и музыки. Наконец, учитывая специфику рубрики, и концентрированный мегабит. Степени увеличивать постепенно: первый был проведен вечер памяти Вени Д’Rkin “костры над рекой”, где художники (в том числе один из молодых героев современного искусства Василий Urievsky) играли свои собственные композиции и песни Этот странный, скромный, но очень обаятельный человек, который рано умер в возрасте 29 лет, но успел стать частью истории музыки. И в последний день фестиваля состоялся гала-концерт, хедлайнерами которого — команда “Ундервуд” и лидер группы “Сансара” Александр Гагарин — мы говорили перед выходом на сцену.

Есть ли жизнь после “Большого Взрыва”?

Постоянный руководящий “Ундервуд” Максим Кучеренко и Владимир Ткаченко уверен, что еще продолжают изобретать себя заново, творческой жизни и активно продолжается. Их музыку можно классифицировать по-разному: рок, поп, иногда даже авторская песня. Любое определение здесь будет условное, главное — энергия, которую она излучает. Слушатели любят их не только за язык-в-щеку хиты, как “Гагарин, я вас любила” или “покуситься на президента”, но на вдумчивость, тоже за возможность измениться, удивить чем-то новым. Мегабит узнал, что пришли находчивые художники придумали для болельщиков это время, как ближайшие тенденции и интересные, чем последняя дата, и впервые за пять лет для группы “дети портвейна”.

— Не совсем типичное событие для музыкантов. Все-таки это не рок-н-ролл и фестиваль поэзии. Как вы здесь?

Владимир: приятно выступать на таких мероприятиях, как непосредственно связанные с поэзией: пишу стихи, люблю читать их — и свои, и чужие. У нас есть Максим три совместные коллекции стихов, и, безусловно, станет четвертым следующего года. И мы являемся счастливыми обладателями корочек Союза писателей России, так часто на поэтических фестивалях. Шло время этот вопрос обсуждался с поэтом В. В. Воденников д. Другие “Киевские лавры”, который прошел в столице Украины-это замечательный человек, наш друг Александр Кабанов.

— Заметьте, что это разные аудитории? Как и в принципе важно для вас?

Максим: на поэтических фестивалях публика немного больше пить, и много теплее, чем на музыку. (Улыбается.) Поэтов почти нет постоянного места, где они могут громко говорить, в отличие от музыкантов, поэтому социализация является необходимым для них. Это отражено в аудитории — она внимательный, отзывчивый и благодарный. Наш новый альбом “дети порт” построен на основе такой теплый диалог, и ритуал-спиртового обмена, который происходит между поэтами.

— Если с продвижением музыки более или менее понятно, хотя это не всегда легко, что поэзия-это сложнее. Кому это нужно и как это сделать?

В. В.: Это необходимо для всех, кто заботится о развитии культуры. На самом деле, сегодня судьба сочинение человека полностью в его руках. Это зависит не от редакторов, тираж или издательства человек может просто поставить стихи в сети и получите ответ. То же самое, кстати, происходит с молодыми музыкантами — нет особой разницы.

— Мы начали с разговора о мультикультурных событий. Как вы относитесь к полистилистике в музыке? Как вы интересно экспериментировать, смешивать жанры?

Максим: эклектика — старое слово, вернее, музыка это уже давно само собой разумеющееся. Если вы не смешиваю, не используете все инструменты, которые могут помочь вам направить вашу энергию в нужном направлении, вы становитесь неинтересны, и конкуренция здесь довольно жесткая. Конечно, искусство, как мы знаем, никому ничего не должны, они могут сделать просто как психотерапия, но это другое. Если вы хотите быть в Авангарде, мы должны не только соединять различные элементы, но и постоянно придумывать что-то свое. Сейчас, например, мы создали два анимационных персонажей для нашего шоу (помните группа Gorillaz), и мы дико довольны этим открытием. Мы заинтригованы, к чему оно приведет.

— Продолжая разговор о свежем альбоме, это знаковая история для вас?

В. В.: Конечно. Есть определенные тенденции и тренды, от которого никуда не уйти. Иногда они возвращаются (как, например, мода на винил и кассеты). В какой-то момент стало модно не выпускать полноценных альбомов и синглов. Мы накапливаем их и “Ундервуд” 5 лет не пошел на новые рекорды. Сейчас пришло время. Так что событие, конечно, значительное.

— Есть мнение, что общественность стала более ленивой: музыка, много информации, все под рукой и нет дефицита, как это было несколько десятилетий назад. Вы себя чувствуете? Как живут художники в нынешнем положении?

Максим: хотя интернет поощряет эту лень не может быть все плохо. Например, приехав в Норильске или любом другом провинциальном городе, вы можете чувствовать, что аудитория там жаждущих концерты. Люди все равно будут интересоваться живой музыкой, а не просто запись. Но, конечно, многие художники сегодня зарабатывайте больше на стриминговую платформу, чем на концерты, мне больше грустно, надо признать.

— Вы согласны, что время великих героев в музыке прошло?

Владимир: чтобы изменить время больших героев наступает в возрасте небольшая, то большие будут снова… это происходит циклически, и нет ничего плохого. И потом, кто рок-героев? Если мы говорим о западных гигантов, им повезло, что они родились в сороковых или пятидесятых, был на пике популярности жанра, но и тех, кто участвует в рок-музыке сегодня, тоже делает это из любви к ней, а не к нему. Пусть не Боб Дилан или членов “ливерпульской четверки”, но и выполнять свою работу честно и достойны одинакового уважения.

— Что такое рок-музыка сегодня?

Максим: Если раньше это обязательно означает звук гитары, сегодня это определение пересекает границы жанра. Это состояние души, наличие интересной целевой группой авторского права индивида, от его заявления. Харизма может проявляться в любом музыкальном стиле. В общем, пока есть мальчики и Девочки, кто возьмется за инструменты, написание песен, вдохновленные двери или другим мастерам, рок жив. Хотя я был достаточно например в 5 лет, чтобы быть на месте небольшого городка, в котором я жил, где по какому-то случаю, музыканты исполнили песню “рисуют мальчики войну”. Тогда я был очень молод, сейчас мне 47, но я до сих пор помню, как я был впечатлен. Говоря о влиянии, в 1960-е годы в музыке, конечно, произошел Большой Взрыв, и его последствия в лучшем смысле этого слова мы видели до сих пор, они просто проявляют себя в самых разных форм и пресс-форм.

— Вы не первый год в танке. Я могу сказать, оглядываясь назад, как трансформировался с годами, “Ундервуд”, а что осталось неизменным?

Владимир: С регулярно меняющимся составом команды, но мы в равной степени уважаем и любим тех, кто работал с нами за эти почти 25 лет. Сейчас так получилось, что коллектив вернулся гитарист Максим Леонов, с которого мы начали, и это хорошо и важно. Неизменным является наш Максим дуэт. Когда мы были студентами, писали песни вместе, как с первого альбома, “Ундервуд”, альбом состоял из песен, написанных по отдельности. На последнем альбоме мы снова имеем двух совместных опусов: “ракета на Марс”, а на самом деле “дети порт”, который дал ему название. Мы считаем, что это благословение и успех.

Александр Гагарин общая песня с Brainstorm

В отличие от значение буддийского термина, которую художник выбрал в качестве названия для своей группы, круговорот “сансары” — не столько о повторении цикла, а о трансформации. За годы своего существования, зрители с интересом наблюдали, как менялась музыка, приобрели новые стили, смыслы. Неизменным, пожалуй, остался только вокал Александр Гагарин, вроде прозрачным звучанием и пронзительной искренностью, тонкостью и простотой текстов. Мы поговорили с создателем группы О особенности творческой личности, дух разных городах и о том, как стихи могут разворачиваться в картинках.

— Саша, ты не первый раз выступить на мероприятии “Живые поэты”. С чего началась ваша дружба с сообществом?

— В какой-то момент я познакомился и подружился с Андреем Орловским, следить за жизнью сообщества. Потом была моя маленькая текст “Боуи” в Большой книги, выпущенный проект. Ключевое слово здесь – “дружба”. Человеческий фактор значит очень много.

— Чем для вас разница между игрой на музыкальных фестивалях и поэзии?

— В самом деле, нет никакой разницы. Все почему-то сводится к тому, что я исполняю свои песни. Но здесь мне интересно наблюдать, как люди читают свои произведения…

— Разделяете ли Вы роль поэта и музыканта в себе?

— Я не знаю… трудно судить со стороны. Но те, кто серьезно занимается поэзией, как правило, дифференцируют, и я понимаю почему. Иногда текст может быть самодостаточным произведением, но чаще всего по-прежнему работает вместе с музыкой — они дополняют друг друга.

— Я знаю, что вы недавно издал книгу стихов…

— Я был очень погружен в эту историю — мы выбрали шрифт, бумага, иллюстрации были сделаны художником из Екатеринбурга Александр Богатов. Мне было интересно, что там был не только текст, но и картинки… даже маленький ребенок может, если не читать, то взять ее полистать. Было приятно держать книгу в руках. И ей понравилась моя мама.

— Вышедший в апреле альбом “мы станем лучше” ты назвал завершение трилогии, которая началась с альбома “Игла” и продолжать “проглатывать”. Вы изначально придумали это понятие?

— Нет, мысли о нем появились уже в конце, когда все кусочки головоломки были собраны и все сошлось. Сегодня многие слушают музыку только отдельные треки, но здесь важно было, что я родилась целая история, которая для меня ваш рассказ, вы можете следовать какой-то логике. Но это, для меня, и аудитория может воспринимать по-своему.

— Некоторые музыканты говорят, что, закончив работу, они попрощались, и с головой погрузиться в новую историю. Как у вас происходит?

— Точно так же. Я назвал его трилогию, чтобы завершить определенный этап. Все три альбома были записаны совместно с Феликсом Бондаревым (создатель проекта Red Самаре автомобильный клуб и т. д. — Прим. Ред.). Сейчас у нас новый состав, и это уже совсем другая история.

— Как изменение состава влияет на внутреннее дыхание группы?

— Вы знаете, в моем случае это даже не как профессиональный музыкант, важно найти точки соприкосновения человека, возможность обсудить что-то помимо музыки вы делаете вместе. Я, честно говоря, пропустил это.

Я знаю, что в городе Старый Оскол вам пришел почти сразу из Парижа. Что за смена декораций?

— Все органические. Есть Париж, есть в Старом Осколе, Екатеринбурге, Москве и других городах… ты знаешь, куда ты идешь, и просто не привязаны к конкретным местам. Основная идея-человек. И Париж мне очень понравился, хотя я почему-то не ожидал. Я влюбился в них, в отличие, например, от Нью-Йорка, где он мечтал в свое время. Иногда лучше, наоборот, отпустить все ожидания, и все пойдет хорошо.

— Екатеринбург — ваш родной город — особый творческий дух. Как вы думаете, почему это произошло, что это было там, в музыке, культуре в целом всегда есть какие-то интересные и необычные процессы?

Я не знаю, как это объяснить… не очень хорошо географии… одно время я даже придумал какие-то легенды, потому что люди часто задают мне этот вопрос. Некоторые цепляются Свердловского рок-клуба, но я думаю, что это странно говорить о его влиянии, а границы между жанрами — рок, не рок — стер. Кроме того, некоторые люди могли заниматься там не музыка, а, например, для лекций, для открытия некоторых местах, но в общей культурной платформы, одной общины. И они действительно заботятся о том, что происходит в городе… это какой-то вольный город.

— В Москве теперь вы находитесь и арт-директор музыкального клуба. Это удобно совмещать эту деятельность с творческой?

— Так уже просто. Я понял. В Екатеринбурге 4 лет я был арт-директором подпольного заведения. Не могу сказать, что это трудно для меня. Наоборот, интересно наблюдать большое количество художников, чтобы увидеть, как они ведут себя, решать вопросы — социологический опыт.

— На летнем фестивале, LiveFest вы спеть дуэтом с лидером Brainstorm в Ренарс Кауперс песня “до осени”. Что интересно об этом сотрудничестве?

— Нас познакомил Миша Козырев, и я благодарна. Мозговой штурм — очень хорошие, добрые ребята, мне с ними удобно. Мы продолжаем общаться с потерянными, перезаписывается. Скоро выйдет сборник, в который войдут песни “Осень”, который у меня не выйдет раньше на виниле. Недавно он прислал мне видео своего выступления в одном из городов, теперь они поют ее на своих концертах, поэтому песня была включена в репертуар мозговой штурм.

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*