Главная / Культура / Смертный приговор Совку: автор “Белорусского вокзала” представил фильм “Француз”

Смертный приговор Совку: автор “Белорусского вокзала” представил фильм “Француз”

Фильм “французская” Андрей Смирнов, снявший в течение полувека только шесть фильмов большой успех в Москве. Как говорят критики, Смирнов стреляет редко, но метко. Но “французский” – это особая история, пересказывать, в котором 78-летний режиссер готовился всю свою сознательную жизнь.

Диляра Тасбулатова

В активе и уже давно ставший классическим “Белорусский вокзал”, и впервые в СССР эротическую драму “осень” и мощный “Жила-была одна баба” – действительно мало, но качественно, на злобу дня, честно. Да, Андрей Сергеевич – человек прямой, так сказать, прямым, резким, не терпящим экивоки и двусмысленности.

Неоднозначной была просто критика “французский”: кто-то писал уклончиво, с намеками и двусмысленностями; другие, к профессиональной критике не имеет никакого отношения, как некоторые Середкина, малограмотный boromisza по совместительству обозреватель “Комсомольской правды”, и обвинил директора “русофобия” – с помощью различных подсказок и даже ссылками на растущую мощь скандал с профессором Гусейновым. И дело даже не в уровне этих пасквили, что само по себе, и тенденции, постепенно набирает обороты.

То есть, как выясняется, фильм Смирнова, рассказывает о начале “оттепели”, где КГБ все еще сильны как никогда, где люди, несмотря на ослабление режима, тюрьму и арестован, тыкаться и отправить – снова актуальна. Если безобидная ретро (ну, не о протестах в прошлый раз он выстрелил) вызывает такую реакцию, оскорбление, граничащее с ненавистью. В общем, Смирнов попал в точку, и мы, к сожалению, мы, кажется, снова и снова наступать на те же грабли…

Несмотря на то, что действие фильма происходит в далеком 57-м, после знаменитого ХХ съезда, в этот раз, как говорили Ахматова, “вегетарианские” – ну, по сравнению со сталинским террором. В далеком 57-м в Москве приходит мальчик-француз, наполовину русский, чтобы справиться с Маяковским и в целом славистики, собственно, он должен что бы то ни стало найти некое Татищев, по прозвищу Граф, если он, конечно, не погиб в ГУЛАГе.

Забегая вперед, давайте считать, что он, в Переславле-Залесском, вы найдете, что в ГУЛАГе, он, Граф, Что это, случайно, не исчезли, и что парень сможет провести с ним целый день. Они даже разрешили посидеть в зале местного Дворца культуры: в казарме, где живет бывший аристократ, сидеть невозможно, вокруг снуют какие-то темные личности, там пьяный дебош, а так графа сыграл Александр Балуев и критики правы, говоря, что это его лучшая роль в фильм, который тянет на отдельный фильм. Действительно, это выдающийся мини-сюжет этого фильма, иногда распадаясь на такой разговор, красивый молодой человек, чистый инопланетянина, с его якобы отец, прошел ад сталинских лагерей, prostivshis на должность ночного сторожа в российской глубинке, иногда достигает большой литературы.

Я даже аналогов не могу выбрать: читать Соня Мармеладова Воскрешение Лазаря? Разговор Свидригайлова и Раскольникова, что ад-не огонь и сера, и деревни баня, темных и пронизан паутиной по углам? Откровение Петруши Верховенского? Исповедь Vatrena?

Власти – да, возможно, но ни искуситель Вотрен или Верховенский, или даже убийцу Раскольникова, ни циником и педофила Свидригайлова не были в лагере. То есть не упал, как любой человек, попавший в жернова нашей недавней истории, на дне жизни, немыслимые для тех, кто хотел посмотреть на ночное небо или играя со своей судьбой, как Свидригайлов или слегка опереточного злодея Вотрен.

Здесь, в этой сцене, встретились два мира: свободные и лагерь, и, как судьба распорядилась так, что они кровные родственники. Кстати, о кино: все остальное, панорама жизни в конце пятидесятых годов, со сценами остаточного террор, власть КГБ и целом, несмотря на доклад Хрущева на ХХ съезде, Очарование зла, с иконами в те годы, как живописец или какой-то Рабин Валера, чей прототип является никто иной, как сам Александр Гинзбург (который, кстати, в теме фильма) – это звучит все снято для того, чтобы попасть на главную сцену.

Это Россия, детка, это то, что вы никогда не увидите: старый зэк, в дырявой куртке, прошедшие ад, сидит с сыном, иностранец, который видит в первый и последний раз, где-то в жутком российском захолустье за бутылку водки, и говорит ему, что математически выверенный существование Бога. Однако, не получить мои надежды вверх: это все та же Россия, которую мы уже потеряли. Не знаем, благословил ли это и считаете ли вы регистрировать существование Бога и как совместить, например, математически… и это правда, что проще в лагерях был верующим (я говорю, однако, даже по статистике, что это было).

Однако, Граф говорит своему сыну: мы жили с ненавистью. Но Шаламов возмутила сцена, одухотворенного труда в “один день Ивана Денисовича” – не был в лагерях любой вдохновляющий труд был ад на земле, где человек обратились за неделю в животное. Ты умри сегодня, а я завтра.

…Кстати, я был очарован описанием этой сцены, я чуть не забыл упомянуть еще одно – когда Пьер, француз, посетил две пожилые дамы, тоже otrebusy свое время: один из них играет Наталья Тенякова, только вчера вернулась из лагеря, где он прослужил почти 18 лет. Кто-то из критиков назвал эту сцену актер подвиг и Нина Дробышева (как напомнил Андрей Плахов, который сыграл главную роль в фильме “Чистое небо”, где впервые заговорили о сталинских репрессиях), и Наталья Тенякова, играть Несломленный, не упасть, не потерять достоинства пожилых дам, чьи речи оставался старомодным вежливым, и кичиться.

Но это случалось редко, слишком редко – и те люди давно ушли со сцены русской истории.

А Смирнов, кстати, беспощаден, косвенно давая понять, что на самом деле, страна уже давно нет – так он говорит: “Да, там одни русские! Нет, это давным-давно”.

Так что косвенно, не напрямую, он показывает нам, что стало со страной: агрессивные, зомби, злые – молодые побеги против диссидентской молодежи. Даже тогда, после террора и смерти усатого, в оттепель, которая обычно покрасить в другие цвета.

Андрей Смирнов вообще всегда снят, так сказать, насущных про травматический опыт страны: Гражданская война и подавление крестьянских восстаний, Второй мировой войны, про Брежнева.

А теперь – о так называемой “оттепели”, где, как оказалось, вечные черти России скрывается только так долго. Правда, ничего не скажешь: это не сладкий ретро: резкая реакция на фильм – очередное доказательство.

Алла Гербер, кстати, сказал, что в фильме четко и лаконично: “француз” – это смертный приговор советской системе. В первую очередь, смотреть фильм у нас молодая – все те, кто старше “мальчиков” и “девочек” пенсионного возраста вешать лапшу на уши про счастливое советское прошлое.

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*