Главная / Культура / “Серотонин”: лучший писатель Европы выпустил лучший роман за последние 20 лет

“Серотонин”: лучший писатель Европы выпустил лучший роман за последние 20 лет

Каждую среду известная писательница Анна Берсенева, не пропускаю ни одной новинки, знакомит нас с книгами, которые, по ее мнению, это невозможно не заметить в общем потоке.

Анна Берсенева

… Как-то Виктор Петрович Голышев рассказал, как один из лучших русских переводчиков отказались переводить “1984” Оруэлла. “Я не хочу год в этом мире жить”, – пояснила она. Так что подумайте, и каждый раз, когда я открываю книгу Мишеля Уэльбека: какой год! Один день не хочу, не могу провести в своем мире, где нет тьмы, и, что еще хуже, полный экзистенциальной безнадеги.

Но после прочтения его романа “серотонин” (м: АСТ. Корпус. 2019. Перевод с французского Марии Zorinoj), я поняла, что это была моя личная трусость. В мире Уэльбека должна быть расположена, если по крайней мере честно стремиться к жизни. И даже не из-за этого нового романа, вы узнаете что-то новое о несправедливости современного мира.

Да, про Уэльбека пишут, что “серотонин”, он предвидел восстание “желтых курток”, да, в своих интервью он говорит о нынешней европейской прям очень резко. Но не как писатель, но как художник, он знает, не может не знать, что внешний мир всегда будет механизмов для приведения в движение внутренней трагедии человека… и недобросовестной торговли квотами Европейского Союза, которые действительно повлияли на крестьян Нормандии, хоть и подходит на роль таких механизмов, но они не привели в этот мир отчаяния.

В “серотонин” Уэльбек говорит прямо: “ни дружбы, ни сострадания, ни ситуативный интеллект здесь не поможет, все сам спусковой механизм от страданий путем поворота ключа до отказа, а затем механизм продолжает вращаться, иногда дает осечку или торможения, например, во время болезни, но тем не менее он действует до самого конца, до самого последнего момента”.

Главный герой, Флоран Клод Лаброт, 46-летний “Западно-Европейский мужчина средних лет, предоставляется на несколько лет вперед, без друзей и семьи, без личной повестки дня, нет истинного стремления, глубоко разочарован в своей профессиональной жизни, в личностном плане, выходящих из различных романов, общим знаменателем которых был разрыв, и не видя смысла в жизни и в смерти,”пытаюсь запустить этот механизм личного еще в ходе этой попытки дает читателю возможность понять, когда и как он повернул ключ в первый раз.

Процесс, в котором сделано открытие такого рода, привлекает больше, чем любой триллер, тем более, что Уэльбек – мастер точных психологических наблюдений (“мы стараемся избегать встреч с маленькими друзьями, не желая сталкиваться свидетелей его разочарованиях и в очередной раз, чтобы обеспечить надлежащее падает”) и менее точных исторических показателей (“XVIII века, который иностранец еще здоровая ярость зарождающегося романтизма…”), не говоря уже о том, что его роман насыщен множеством деталей повседневной жизни, и автор не терпят пустой повседневной жизни.

Общие замечания Уэльбека всегда выглядят как должное, но всегда поражают своей точностью. Когда она понимает, что не способен на убийство (и идея убийства, и совершенно чудовищные, как способ реверсивного запуска механизма, как возможность начать все с начала, приходит ему в голову в самый обыденный способ), объясняя это тем, что он является не заимствование из Достоевского и считает: “я не думаю, что противостоящие силы, те силы, которые пытались удержать меня от убийство как-то связано с нравственностью; скорее, я столкнулась с проблемой антропологического порядка, проблем, относящихся к позднему видов и приверженность коды позднего вид – другими словами, проблема соответствия”.

И в связи с размышлениями героя о начале убийства, чтобы понять, что это оригинальная катастрофа, которая разрушила его жизнь и ввергнуть его в пучину клинической депрессии. Он говорит себе: “кто не будет иметь мужество, чтобы убить, не хватило духа и жить”, и ничто не может поколебать его уверенность в себе естественным, но не все-таки в пределах человеческой цивилизации. С точно такой же уверенностью он строил свои отношения с женщинами – в самый простой физиологии, подробнейшим образом объясняя все, что соединяет людей, и вспоминают только тогда, когда этот подход опустошила его, буквально сжигать изнутри, придавая странную картину анализ крови на гормоны.

Раньше колокола звучали слишком тихо. Другая женщина повернулась шлюха нимфоманка? Долой ее вместе с Парижем, квартира, профессия, общество и жизнь вернется смысл.

Испытывая отчаяние? Для этого есть антидепрессанты нового поколения. “Я сдержал свое отчаяние на вполне приемлемом уровне, отчаяние можно жить, большинство людей живет, лишь время от времени, думая, не стоит ли привести хоть какие-Дыхание надежды, но задавая такой вопрос, они ответят отрицательно”.

И только в тот момент, когда Флоран уже с полным спокойствием вычисляется по формуле сколько секунд он пролетит сто метров от своего окна до асфальта, приходит объяснение, что он на самом деле сделал со своей жизнью, полагая, что только естественно для здорового человека, физиолог изменяет женщина или боится связать с ней свою жизнь, ведь никогда не знаешь, какие возможности откроются перед.

“На самом деле, Бог заботится о нас, думает о нас каждую минуту и иногда дает очень точные указания. Все эти внезапные порывы любви, которая сдавливает грудь и перехватывает дыхание, вдохновение и энтузиазм – это совершенно необъяснимо, на основе нашей биологической природы, наше наследство нормальных приматов – суть явные признаки.”

Это только те, “кто всегда был не от мира сего, которые никогда не хотели жить или любить, или быть любимым, кто всегда знал, что жизнь для него”. Остальные нам нужны эти знаки, чтобы поймать или придется платить за самопредательством, и лучший антидепрессант лишь отсрочка платежей…

В “серотонин” большое литературное комментарии всегда точны и ярки, и пои чтении мне приходят на ум множество литературных ассоциаций. Главный среди них – “Элегия” Введенского.

“Цветок несчастья мы взрастили, мы нас самим себе простили, нам, тем, кто как зола остыли…”.

Об этих стихов Уэльбека не упоминается, но стоит прочитать, чтобы не отвлекаться на “желтой кофты” в понимании романа.

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*