Главная / Культура / Пахмутова и Добронравов рассказали историю своей любви

Пахмутова и Добронравов рассказали историю своей любви

Профессионального журналиста не должно быть любимчиков. Профессия требует от вас, чтобы быть беспристрастным и беспристрастным по отношению к любым героем публикаций. Это золотое правило, и оно не знает исключений. За исключением одного…

Александра Пахмутова и Николай Добронравов.

Честно говоря, они моя любовь навсегда.

Блестящие в их творческом тандеме, и по-прежнему любить друг друга после 63 (!) год, проведенный вместе, Пахмутова и Добронравов остаются вне времени и вне всяких сомнений.

Фото: Владимир Чистяков

Несмотря на длительное преследование, которому они подверглись после смены социалистического режима, вопреки обвинениям в плагиате (Да, было и такое!), смеясь на этих издевательских шуток, что однажды позволил себе таблоиды в их семейные отношения, они, кажется, не понять жестокости внешнего мира. Делать его дела, а не гоняться за внешними и преходящими, ни за деньги, ни за почести. Еще глубоко интеллектуальные, безупречно воспитан, искренне расположенным к собеседнику. Они в 21 веке, что до сих пор фрагменты из благородных семей для 20-го века, наделенный очень глубочайшей сущности, о которых говорят: это кровь! И еще — одаренный от Бога. И найти друг друга, и поддержка, и утешение, и вдохновение.

Поэтому 90-летний юбилей, который отмечает 9 ноября Александра Пахмутова, действительно их семейный праздник, праздник для двоих. Это была ее нежность, она мелодию, вместе они составляют творческий тандем, который навсегда вписано золотыми буквами в историю Советской и русской музыки.

Для меня — и как журналисту, и как человеку повезло. Я разговаривал с Александрой Николаевной и Николаем Николаевичем, и абсолютно неформальные. Некоторые из наших бесед стала основой этого издания.

“Мы решили подписать и подписал”

Молодой художник и поэт Добронравов и молодой композитор Пахмутова встречались в 1956 году, но потом увидела свет их первая совместная работа “лодку мотор” была предшественницей “мы не можем жить друг без друга”, “Опустела без тебя земля”, “первый тайм мы уже отыграли”, “Птица счастья завтрашнего дня”, “самое главное — сказку не спугнуть”, “знаете, каким он парнем был?”, “Ты моя мелодия” и другие стали той же цитате. Между встречей двух молодых людей и регистрация впоследствии оказался поистине звездным браком, прошло всего три месяца.

— Как вы познакомились? — Я спросил их. Как такие талантливые творческие тандемы по-прежнему редкость.

На радио был найден, — говорит Николай Николаевич, — во время работы и встретил. Редактор представил нас друг другу, сказал: – Ну, ты поэт, она-композитор, стараемся работать вместе.

— А потом, как у Булгакова: “Любовь выскочила перед нами, как из-под земли выскакивает убийца в переулке, и поразила нас сразу обоих”?

— Все произошло очень быстро, — продолжает Николай Николаевич, — решил подписать и подписал документ. Не было такого, как сейчас сделано: давай подождем вместе, посмотрим, подходим ли мы друг другу. Кроме того, и жить мы ощущали нигде: ни Эля, ни меня. Расписался и сразу уехал на полтора месяца на море.

В Абхазии, мечтательно добавляет Пахмутова.

— Возможно, сейчас самое время, – вспоминает Добронравов — солнце, море, с нами были наши друзья… но когда я пошла в ЗАГС, вдруг начался ливень! Дождь проливной! Говорят, это хорошая примета, которая обещает вместе долгую и счастливую жизнь.

— Когда ты живешь с кем-то, а также его соавтор, это упрощает взаимоотношения в семье или сложности?

— Характеры у нас разные, — пожимает плечами Николай, — конечно, были трудности, как без них? Но у нас всегда была общая позиция, общий взгляд на вещи, он сказал: Любовь-это когда люди смотрят не друг на друга а смотрят в одном направлении.

Николай, я могу лично свидетельствовать, это не измена. Понятие “они друг друга не надышишься” — это про Пахмутова и Добронравов. Секрет их семейного счастья прочитайте еще раз: они никогда не противоречат друг другу, не спорить или настаивать на своем любой ценой. Достаточно одному сказать “Да!”, другой тут же подхватывает: “я думаю, что ты прав!”, даже если вы заметили, что вначале он думал по-другому. Постоянная взаимная гибкость, полностью близко друг к другу, внимание: и кто важнее, я или мой партнер? — вот залог прочности их отношений.

Они так подходят друг другу, что просто не могли встретиться! Это произошло бы наверняка не в Москве, в Санкт-Петербурге. Но еще с детства привело их обоих в столицу.

“Там был представитель руководства города и объявил, что концерт закончен, потому что началась война”

— Александра, в вашей жизни переплелись множество великих событий: войны, победы, первому полету человека в космос, освоение целины, строительство линии электропередачи 500 кВ, прокладка железной дороги, и не уступает строительства гигантской мощи людей. Как это все начиналось?

— В 41‑м году, когда я закончил четвертый класс в Бекетовку, где мы жили, нужно было ехать учиться в спецшколе в Ленинграде, там был интернат. Но началась война. Я встретил ее “замечательной”. Двадцать первого июня состоялся концерт на радио ученики нашей школы, я играл заключительный концерт Гайдна, мне было 11 лет. Хорошо играет, и хорошо. И двадцать второй концерт, почему-то она называлась Олимпиада “художественной самодеятельности”, и я играла вальс собственного сочинения. И вдруг, в середине концерта был представитель руководства города и объявил, что концерт закончен, потому что началась война.

И, кстати, тогда под этот театр был штаб наших войск и больницы, и через площадь в универмаге — штаб Паулюса. Поэтому лично для меня началась война. И в 42‑м году, когда уже враг приедешь в город, отец и брат на Волжской ГЭС, они там работали, станция была расположена от центра 18 километров, и работали всю войну и мы начали бои в Сталинграде, уехавших в эвакуацию. Пианино не было, я научился играть на гармони, изучение казахского языка, были в больницах. Я играю все песни на слух, даже если предположить, что когда-то познакомился с их авторами.

— Каким было ваше детство персонажа?

— Судите сами: когда мы вернулись в Сталинград, я с моим подростковым эгоизмом, я сказала родителям: я должен быть в Москве, чтобы узнать; если вы не можете взять меня, я договорился с пилотами, и они заберут меня. И эти летчики рассказывали родители: Да, вы должны взять свою девушку, она согласилась с нами! И, кстати, такая реакция тоже была примета времени. Потом мои родители купили мне пальто и поехал в Москву. Центральной музыкальной школе при Московской консерватории. Чайковского, где я сделал это, слишком, был эвакуирован, но в 43-м, она вернулась в столицу. И это называется комиссия… я надел эту куртку на фортепиано… (смеется). В общем, вердикт, что я должен учить, и я ушел. В интернате при школе, но родители обратились в московские друзья Спицына, и я стал жить в одной комнате в коммунальной квартире. Была война, окна газетами заклеили за бомбежки…

— Каким было ваше самое сильное впечатление в тот момент, когда вы приехали в Москву и поступил в школу?

С отцом вечером, после сбора, мы ходили в театр, в целом, не в театр Станиславского и Немировича-Данченко билета нет. Отец говорит: “девушка! Мы от Сталинграда, чтобы выйти”. Это, тогда, было все! Дали два билета, он был “Онегин”, ни “шведского стола”, кто-то в антракте грыз морковку… а то у нас воспитанники этой спецшколы, дневали и ночевали в Большом зале консерватории, бегали на репетиции, это было такое счастье! Были живыми музыкантами Пельтье, Глиэра, Игумнов и Гольденвейзер рассказал о своих встречах с толстым.

— Вы сразу знали, что станете композитором?

Я знал, что я пойду в консерваторию, и я буду делать композиции. Как пианист, я бы не состоялся, маленькие руки бы ограниченный репертуар.

— Николай Николаевич, расскажите о своем детстве. Ты не москвич, может произойти: другой улицей прошел, ее не встретила, не нашли?

— Я родом из Ленинграда, не случилось бы войны, Аленка пришла туда учиться, и так во время блокады я был эвакуирован, и в конце концов я оказался в подмосковной Малаховке, и там учился. Так что наша встреча была предопределена свыше. Конечно, я не был в столь элитном заведении. Но я был учителем русского языка и литературы Яков Васильевич Васильев, он был директором нашей школы Малаховская. Я до сих пор его подарок на мой релиз, в 47-м году, он представил “Пушкинского” календаря, на котором было написано: “Ник, Это одна из моих любимых книг. Просим любить и помнить меня”.

Он знал, что я пишу стихи. Когда мы сидим в школе, в пальто, в комнате не нагревается, замерзают чернила, что был 5-й или 6-й класс. И он вдруг говорит: Коля Добронравов, обещай, что ты сделаешь, что я прошу вас сейчас, дай мне слово. Я сказал, Конечно. И тогда он говорит: Когда я умру, приходи на мою могилу и прочитать стихотворение, Я читаю, это мой любимый, и сегодня мы будем проходить Лермонтов. И он начал читать: “Ночь тиха, пустыня внемлет Богу…” и я выполнил его просьбу, он был уже пожилым, возможно, даже до революции, преподавал и умер вскоре после моего окончания. И я пошел к его могиле с одноклассниками и читать эти стихи.

— Пока ребята беспорочной любить поэзию?

— Мы, мальчишки, зарабатывал как мог — срезать сосны, и деньги ушли в Москву, ходила в Московский Художественный театр. Яков Васильевич Васильев был удивительный учитель, от него я узнал о поэзии Серебряного века, узнали стихи Есенина. Я впервые прочитал Есенина, когда он поехал в Москву и посмотрел на книгу компаньон, он декламировал стихи, и у меня хорошая память — я рифм, то их восстановить. И тогда Яков Васильевич сказал мне, что это является причиной, почему.

И когда в соседнем коттедже на террасе, я нашел довоенный подачи “света” и наткнулась на строчки “я могу представить, как вишня и персик весной, под пряным солнцем Кишинева” был Северянин. На следующий день я поехал в Москву в книжный магазин, и там была война, это был 43-й год, и там я нашел две книги его стихов, 19-го и 21-го года издания, у меня до сих пор хранится.

“И вновь продолжается бой” в Нью-Йорке

Они росли, учились, и украшали своим творчеством весь мир. Их песни… они как камни янтаря, держите себя в моменты времени и фрагменты истории страны. Песни комсомольской романтики и песен из самых известных советских фильмов.

Из-под пальцев Александры Пахмутовой порхали около 400 песен, на сцене есть такое звездное имя, кто пел. Людмила Зыкина, Муслим Магомаев, Иосиф Кобзон, Лев Лещенко, Людмила Сенчина, Валерий Ободзинский, Сергей Лемешев, Георг Отс, Эдуард Хиль, Валентина Толкунова, Эдита Пьеха, Валерий Леонтьев, Александр Градский, Николай Басков, Лариса Долина, Тамара Гвердцители, Надежда Бабкина и другие. Не говоря уже о ансамбль имени Александрова, хор имени Пятницкого, ансамбли “Песняры”, “Самоцветы”, “Надежда”, “Верасы”, “Сябры”, “пламя”, группа Стаса Намина и других. Кто еще может похвастаться таким звездным составом?

И песня “и вновь продолжается бой” был когда-то главная песня ноября, без нее не было ни одной демонстрации в честь годовщины Великой Октябрьской социалистической революции, то она стала работа, за которую Пахмутова и Добронравов богохульствовали, обвиняя в приверженности к социалистическому способу принадлежность к партии аристократов. Хотя они даже не были в партии… и что, секретарь Союза композиторов СССР Александры Пахмутовой и лауреата Государственной премии СССР, поэт Николай Добронравов не плоским.

Мы жили в коммунальной квартире, в комнате. Но я не хотел связывать себя, — говорит Александра. — Ко мне пришел высокопоставленный член партии, провели профилактическую беседу, сели в “Волгу” и увезли. И у меня, тогда и жизнь на них работать? У меня нет сожалений. Жизнь сложилась бы совсем по – другому- и многие песни, которые вы никогда не услышите.

И то же “и вновь продолжается бой” в последнее время неожиданно зазвучала на улицах Нью-Йорка под ее уличные танцоры любят танцевать брейк.

— Я готов встретиться с вами и не смог найти видео одного из самых красивых песен в исполнении легендарной Анны Герман — “Надежда”. Ты не стрелял?

— Стреляли, — отвечает Пахмутова — даже дважды. Но размагнитить, потому что фильм был в дефиците. Мы назвали Лапин, он был тогда председателем Гостелерадио, и говорит, Ты написал “Надеюсь”. Мы говорим: Да, Сергей Геннадьевич, но он был размагничен. Он говорит: не может быть, мы не размагничивай! — и повесил трубку. Затем он встретил нас в театре, подошел и сказал: Да, вы были правы, эта запись не оставил…

— Герман, наверное, единственный, кто может конкурировать в популярности с любым — и Советская и российская певица. Честно говоря, не без вашей помощи, ведь “надежда” — ее подпись песню.

— Нет, ну, она, конечно, была в других великих советских песен в репертуаре, хотя “Надежда” стала очень популярной. Но Герман был чудесный: такой яркий, искренний, у него нет малейшей капли фальши.

— Ваша песня-визитная карточка — “нежность” — Майя Кристалинская пошла и сделала это в 1966 году по опросу телезрителей лучшей певицей года.

— Когда Майя впервые исполнена в концерте “нежность”, она ушла со сцены под стук собственных каблуков. Но она упорно продолжала свое пение, и на восьмой раз зрители наконец-то взял песню, а потом влюбился в нее. Поэтому мы считаем, соавтором Майя эту песню, говорит Добронравов, песня стала известным во всем мире, пели на разных языках.

— Майя тоже занижена, хотя сегодня считается, что она была на милость советской власти, — добавляет Пахмутова — и вот, когда мы боролись, чтобы поднять ее концертная ставка, мы ответили: “Как вы можете? У нее нет профессионального образования! Ее авиационный институт!”.

— Александра, но скажите мне, композиторы не раздражаться, когда исполнитель меняет темп? Честно говоря, даже меня, слушателя, гнев, когда вдруг знакомая мелодия звучит, так сказать, с разной скоростью.

— Раздражает! Но если это убедительно, это может быть терпимо. Муслим Магомаев однажды сказал: “У меня есть принцип: медленная песня, которую я пою медленнее, и быстрее — быстрее!”. И он сделал из нашей песни “Герои спорта” корриду! И потом очень часто ее пела.

Вот почему ты, как и обещал, дал ему песню С шесть квартир?

Александра смеется:

— Это было в минор, мне пришлось взять на полтона ниже, а один остался. Это была “мелодия”. Когда я показал ему настолько, что он не стал дожидаться результат. На самом деле, я никогда не дам песня без нот, но потом он умолял для фортепиано. Он через три дня был концерт, и пора уже заказать аранжировку и спели его с большим успехом. Тогда я сделал свою аранжировку, и мусульмане записали “мелодию” на мой счет.

— Судьба твои песни с удовольствием, так как они летают по всему миру, за границу, вы знаете, как авторы?

— Когда Александра однажды спросили владельца знаменитого немецкого агентства по авторским правам Сикорский: “что мы должны делать, чтобы советская песня стала популярной во всем мире?” — говорит Николай Николаевич, — сказал он, “вы ничего не можете сделать! Просто написать еще одну “нежность”, мы пели ее всем!” Да, многие песни Перепелица за рубежом, кстати, любят их в Японии. Все-таки, Александра Николаевна хорошо известна за рубежом, как композитор, пишущий симфоническую музыку. Выпустил диски, они там на рынке. Только для защиты своих шоу-бизнеса США, например, являются, как мы на государственной границе. В конце концов, это деньги! В этой сфере они никогда никому не позволю…

Они очень реальны: гениальный и простой одновременно, невероятно эмоциональные люди. Сильный! Не спросить о каких-либо физическую помощь. “Мы все на ферме делают это сами, магазинов много и вполне хорошо”, – отвечает на мой вопрос, Александра. Никогда не прошу финансовой поддержки: согласиться сыграть за удивительно маленькие деньги или даже бесплатно, потому что самое главное — спрос на неподдельный интерес. И даже Владимир Путин, который приехал к ним в гости на 75-летнему юбилею Александры Николаевны, ничего просить не стали. “Почему? — удивился Николас моему удивлению. — У нас достаточно”. И это “все” – это небольшая двухкомнатная Советская планировка квартиры и квадратные метры, где по большей части живут в книгах и музыке, да подмосковной даче.

Я люблю у них бывать. Они наверняка оба пришли в зал, и, чтобы встретиться, и затем провести. Николай Николаевич во время беседы будьте уверены, чтобы прочитать некоторые удивительные стихи, а потом сказать умную шутку — “интервью”. Александра соберем на стол и, конечно, увольнять помочь. И имея кормили и поили чаем из тонких фарфоровых чашек, сидеть за пианино — потому что она знает, как я ждал этого момента! И ответить на все мои вопросы, какими бы глупыми — “Александра Николаевна, и композиторы сначала подбирают мелодию правой рукой, а затем левой добавить сопровождением или просто написать своими руками?” — они могут быть. И покажет вам, как транспонировать в другую тональность, если голос не берет верхнюю ноту, и объяснить, что размер стихи легче писать музыку. И даже петь для меня “Ночь коротка” первый академический вокал, профессионально дыхание, а затем, “как сделать эстрадники”, и я, конечно, буду плакать от восторга.

Однажды, я в шутку сказал: “Саша, можно я всем буду говорить, что меня учили музыке Пахмутовой?”. Она вдруг сказала очень серьезно: “ты, Таня! Главное, что вам интересно то, что вы узнаете! Это сейчас мало кто любит и умеет делать”.

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*