Главная / Культура / Мистер Аншлаг: о ком молился Валерий Леонтьев у Стены Плача

Мистер Аншлаг: о ком молился Валерий Леонтьев у Стены Плача

Он сделал невозможное — он победил время. Впереди него полвека назад на целую эпоху и продолжает оставаться впереди, получив хороший старт в двадцать лет. Кто этот парень в джинсовых шортах до колен, светлые футболки за двадцать баксов, окрашенные с ног до головы сложные, мистические татуировки, как большая змея? Всегда бежит, прыгая через две ступеньки? Собирающих залы везде, где есть даже мизерная часть людей, хотя бы чуть-чуть понимают русский?..

Кто вы, господин Продан? Так это называется в шоу-бизнесе, а народу-полный зал. Но для зрителей это просто Валерий Леонтьев, и этим все сказано. Нет, не так: для своей аудитории, он только Валера. Любимый. И Тот, Кто Дает Любовь.

Как тебе это удается, отмечая такой юбилей, продолжает разрушаться под бурные аплодисменты зрителей на сцену, невозмутимо, вне времени и пространства? Из своих творческих кризисов и финансовых неудач? Из усталость, болезнь, сожаление, после броска, как нож, слова “в возрасте!”?

Вне времени? Как он справляется с этим?

Для ответа на этот вопрос, я пошел с Валерий Леонтьев в Израиле — стране, где много острых-палящее солнце, сильно соленой воде и где Бог находится очень близко, буквально на кончиках пальцев руки протянул к Стене Плача. Страна, где живут ответы на все вопросы.

Фото: Ольга Пономарева

Он всегда приходит на концерт плохо, и так быстро коридором обслуживания, которые определяют меня это больше времени, но перехватить — нет. Видимо, это лет практики в привычку. “Ой, смотри, Леонтьев!” “Где?!” И уже в любом месте! У меня нет времени на секунду, прежде чем узнать его в неприметную одежду, собранные под шапкой волосы, сосредоточенно бегать мимо, чтобы добраться до кричать: “стоп! Я с тобой!”

Так что сиди и жди пять, от силы десять минут, в течение которых он будет иметь время, чтобы полностью занять отведенное ему место в гардеробной.

И вспоминаю нашу первую встречу здесь, в Израиле, в среде, которая за прошедшие с тех пор пятнадцать лет так ничего и не изменилось. И тот же парень, только тогда пятьдесят пять лет, в шортах (они были белые) и майку (она была только рваные дизайнер и свободно плавающей). Тот, кто завороженно смотрела, в глубоком ночном небе после концовки все же, как будет в этот раз, аншлаговых концертов. Сделал срывающий завесу признание. И это для него опасно, та же доверчивость и почти детская потребность в сопереживании стать залогом нашей долгой, взаимной теплотой.

Кстати, мне всегда хочется спросить его: “ты помнишь…?” Но я не прошу. Потому что уверена, что он помнит все и всегда, но все, что я слышу коротким смешком, выражающие потакание всем известный женский подходы. Потому что знает: этот, так часто задавал ему вопрос: “Ты помнишь…?” — коварство-это всегда больше, чем любви.

Но общаться мы все равно, конечно, после неизменно связывают их саундчек. Репетиция перед концертом-это святое, это то, что народный артист России не никогда не отменит.

На этот раз в Израиль Валерий Леонтьев прилетел после двухнедельного турне по Казахстану, имея еще два спектакля, чтобы бросить в моем любимом городе Санкт-Петербург. Один выходной и три аншлаговых Израиль. А потом, ночью самолет, а вечером другую работу в Москве. Я бы умер где-нибудь еще? Правильно, в Караганде. На вторую ночь после перелета. И он эти концерты тринадцать, но он как новенький.

— Валерий Яковлевич, вы колдун? — задать и мысленно корю себя, и как-то его голос: “что за банальность?!”

Он не отвечает, и не очень понятно: я читал его мысли о “банальности”, то ли это мое.

— Извините меня, Ведьмак, — будет хорошо с преднамеренным почтением.

Ближе — он кивает и делает акцент на макияж. Я говорю нет и начинаю есть восхищение — приятное занятие, которое, увы, я всегда был сегодня в спешке, человек роскошный. Я счастлив, глядя на рельеф его хорошо накачал тело, хитрые сплетения татуировки, четкие линии лица, восхищаясь его летающий одуванчик волос при каждом резком движении головы…

— У меня по приезду попросил журналистов: я думаю, почему люди должны прийти на мое шоу? — он прерывает мое созерцательное состояние.

Потому что они не дураки, чтобы упустить его, машинально ответила я, даже не успев удивиться столь странный вопрос.

— И я думаю, вот почему они есть? — отражает Валера. — Ничего они не должны. Кто хочет, и он придет. Разве это не так?

— Возможно, это было завуалированное предложение дополнить шоу — Я думаю.

— Не угадали! он смеется в ответ.

— Конечно, не догадались. Его хвалят, когда “все билеты проданы все билеты проданы, нет свободных мест!..”

Шоу Валерий Леонтьев — последний юбилей — это называется “Я вернусь…” он искал имя, наивный отвергая различные предложения от: Нет, все неправильно! И, наконец, нашел его. Это также Последняя песня концерта, автором которого является Владимир Евзер.

Шоу — динамичный, очень современный, сделанный на реальном мировом уровне. Свет, звук и спецэффекты, как и ожидалось, звезда первой величины. Балет “Опасные связи” и группа “Эхо” работают безупречно. Но на концерте, когда зрители встретили аплодисментами не только песни, но каждый его жест, каждую улыбку, каждый мимолетно брошенные слова, я все же думаю, что если Леонтьев просто ходил по сцене и петь телефонную книгу, успех будет гарантирован.

— Ну конечно!.. он фыркает, когда я говорю ему эти радужные мысли.

Во время своего концерта Валерий Леонтьев исполняет более двух десятков песен: старые хиты, новые хиты, суперхиты, мегахиты, и это еще — “дельтаплан”, “Маргарита”, “Сокровища Черного моря”, “ночной звонок”, “я забыл твое лицо”, “Танго разбитых сердец”, “не забывай меня”, “если вместе на дно”…

Последний обычно называется “Мы спасены”, но название “пей до дна” мне нравится больше. Артист — это сгусток концентрированной кипящей плавучий энергетический след дорогих духов, запах цветов, собранных в замысловатый, сложный букет, с трудом поднял красивую дачу, эта песня быстро перемещается по комнате, омега всех зрителей. Живой звук, высокую скорость передвижения, на радость зрителям…

Концерты в Израиле — три в Кирьят-Хаим, Беэр-Шеве, Тель-Авив. В каждом городе, я наблюдаю не только артиста, но и для общественности. Это абсолютно разные, хотя город, так близко (по моему, русским меркам) расстоянии друг от друга, что почти укладывается в линию Москва. Но в Кирьят-Хаим люди открытые и радостные, по какой-либо причине, готовы смеяться, щедро аплодировали, и много танцует во время концерта, и в Беэр-Шеве зрителей более серьезные — здесь бесконечные аплодисменты всего комплекса лирические песни. “Чего ты хочешь: пустыня рядом, в течение нескольких дней из Беэр-Шевы могут быть под дымкой туман над пыльный ветер Хамсин. Израиль — страна настолько сложно, его нужно любить”, — объясняет мне разницу в менталитете аудитории постоянный организатор концертов Леонтьева в Израиле Марат Лис.

И в Тель-Авиве зрители не отличаются от жителей Москвы или Санкт-Петербурга. И в Тель-Авиве, я вижу подпись чип поклонников Леонтьева (да, фанаты тоже есть свои фишки фирменные. — Ред.): во время последней песни они встают со своих мест и наперегонки бегут на сцену. В конце концов, Валера всегда “концерт finalit” в плотном кольце зрителей, которые стоят вдоль сцены почти с глазу на глаз с художника. Где в Тель-Авиве знаю, что так делают в Москве и Санкт-Петербурге, Владивостоке и Пскове, во всех российских городах — остается для меня загадкой. Во время концертов в Израиле, много болельщиков, которые прилетели из Москвы, а также из Англии, Германии и США.

И еще один общий на весь просмотр очевидной аудитории обстоятельство для меня: Леонтьев в зале в основном очень молодой толпы. Мне даже становится немного завидно смотреть на этих молодых красивых девушек, которые не стесняются выражать свои чувства восторга и легко признаются в любви, отправив вместе с художником великолепные букеты цветов и воздушные поцелуи и объятия. А потом пишут в соцсетях: “Валерий Леонтьев — моя любовь! Талант и харизма!” И я хотел бы подойти к нему строго сказать: “Девочки! Это не актер своего поколения!” Но я понимаю, что они в ответ только смеются не походу меня чувствуют себя оскорбленными собственности.

И еще израильскую общественность — по крайней мере, за последние пятнадцать лет изменилось в его общее настроение. Прежде чем на концерт Леонтьева пришла больше для комфорта, психологической поддержки и ностальгии. Прийти и получить энергию для дальнейшего выживания. Сегодня вчерашние переселенцы обжились на своей новой родине, прошла в профессиональной и личной жизни, уже давно все в порядке. И они приходят на концерт просто для удовольствия. В красивой одежде, с дорогой букет, пахнущий хорошим парфюмом, у них прекрасное настроение и желание радоваться жизни, песни, танцевать, аплодировать, смеяться, шутки художника и любить его просто потому, что они такие классные. И они влюблены в него уникальный голос, любоваться его красивой форме. И люди удивляются, как он умудряется жить в эпоху режима “минус двадцать лет”? И я также задать ему этот вопрос — не зря летал в Израиль!

— Валерий, как вам удается так, против течения времени?

— Ну, я не возражаю, — говорит он, — раз до сих пор влияют на меня, я уже иногда устаю…

“Иногда”? “Устал”? буквально кричу я. — Это когда вторая половина груза просто упасть?! С вами, кроме Мика Джаггера, с которым так любят сравнивать американцев и будут бороться! Так же как и вы, жестокий человек. Но вы пропустили бы один заранее?

— Я бы — Путин. Восхищаюсь его выносливостью. Перелеты, встречи, на ногах, но еще есть время подумать, проанализировать, на ходу, чтобы принять важные решения… это не секс, шампанское и рок-н-ролл! Теперь жалею, что тоже в свое время не заниматься боевыми искусствами…

— Вы способны ударить человека?

— Защищать или быть защищенным — конечно, Но да, я не люблю нападать, и, наверное, не смогу научиться получать от этого удовольствие.

Для вас Израиль-это особая страна?

Особый, потому что он символизирует веру в вековые идеи и фанатичным стремлением к достижению цели. Это хорошее качество.

— Что грех-это не твое?

— Грусть: он скучный.

— Ваш?

— Я оглядываюсь на свою жизнь: я ничего не видела! Жизнь идет, летят куда-либо, считаю, не только работали.

— Трудоголизм и перфекционизм-это не смертный грех.

— Я не специалист в теологии, но, на мой взгляд, одна из заповедей повелел отдыхать в субботу. Вот это я нарушаю.

Это для евреев. Православные должны отдыхать в воскресенье. Агностики никогда. Вы, например, пошли ко Гробу?

Если вы имеете в виду “фото-подпись-Instagram”, в данном случае — нет, — тут же бросает меня обратно, он был брошен в его сторону мяч.

— Хорошо, я спрошу иначе: что вы молитесь, или если мы не раскрываем вашего беззаботным времяпрепровождением, готовы молиться у Стены Плача?

Подумайте о вашей аудитории: Пусть люди, которые приходят ко мне на протяжении почти полувека, деля со мной на концертах с его тепло, держать меня тепло в вашей любви и внимания, все будет хорошо.

— Вы знаете, что они постоянно молятся за вас? Для вашего творческого долголетия?

— Видимо, поэтому мне все-таки удастся победить время… он смеется.

— Творческие и долголетие-это по-вашему много?

Он получает от макияжа и дает мне быстрый взгляд:

— Вы боитесь называть вещи своими именами?

— Да, очень. Я боюсь, что они станут реальностью…

— Вы, кстати, сгорел, – говорит он, возвращаясь к макияжу, я запечатлел разнообразие кремов в подарок.

— Черт с ним — сгорел… я имею в виду, большое спасибо! А когда вы заметили? Однако, Да, конечно, вы всегда удивительно внимательный. Так что насчет долговечности?

— Это, наверное, очень здорово путешествовать вот так, – говорит он. — Когда мы были в Австралии на гастролях, команда на выходные летал в Новую Зеландию на море. Круто, да? И я не летаю… и не хочу!

— Это скучно?

Что? Остальные?

— Да!

— Никогда не бывает скучно.

— И работает?

Он думает:

— Зритель не должен видеть, что художник сегодня-это не то, что ты сделал вчера. Мой зритель этого не увидит. Это все, что я могу ответить на твой незаданный вопрос…

Он возвращается в процесс подготовки к концерту, и я смотрю на экран своего телефона, лежащего на столе рядом со мной. И я вижу свежие фотографии Валерий Леонтьев-полет над океаном на парашюте. Парасейлинг! Ох… что… О, Боже, дай ему здоровья и сил!

Последний концерт Леонтьева начинается поздно, потому что именно происходит, что еврейская суббота, а с ней — суббота. Она закончится в восемь вечера, общественный транспорт, соответственно, пойдут в девятом часу — имея это в виду, концерт начнется в 20.30. В связи с этим, директор Валерия Леонтьева Борис Чигирев волноваться сразу о двух противоположных вещах: зрители могут не успеть вовремя, так что концерт придется отложить; концерт не затягивать, потому что сразу после окончания художник должен мчаться в аэропорт… но, как ни странно, в 20.35 в зале ни одного свободного места. Как они умудрились сделать? Видимо, подсаживали друг друга в своих автомобилях.

После концерта Леонтьев, несмотря на то, что время, время, чтобы попрощаться со зрителями на заднем входе и дают долгожданные автографы. Пришли проводить своих поклонников окружают машину, спасибо, кричат: “Спасибо! Ты лучший! Люблю тебя, скучаю по тебе, жду тебя! Вернись!”

“И вам лучше не уходить! — для себя я добавить. — Не уйти — это всегда проще, чем вернуться…”

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*