Главная / Культура / Композитор Рыбников сказал о Марке Захарове неожиданные слова

Композитор Рыбников сказал о Марке Захарове неожиданные слова

Миллионов зрителей Марк Захаров вспомнить рок-оперу “Юнона и Авось”. Его премьера 9 июня 1981 года на сцене “Ленкома” стал настоящим событием. Навсегда останутся в памяти бессмертные стихи Андрея Вознесенского, которая в эти дни звучит уж больно правда: “я никогда не видел. Я никогда не забуду”. Мы поговорили с автором оперы, композитор Алексей Рыбников.

фото: Геннадий Черкасов

Для меня уход Марка Анатольевича – расстаться с огромной частью моей жизни и творческой судьбе. без него люди бы думали по-другому, и мир будет восприниматься по-разному. Не говоря уже о том, что без него совершенно иной могла бы быть моя судьба.

Я писал религиозную музыку. Просто так, ниоткуда. Он слышал, и не побоялся взять ее и поют со сцены Государственного театра. В то время, чтобы петь православные молитвы было почти самоубийственный шаг. Тем не менее, она была поставлена, и я сказала, что тогда люди идут после спектакля: “возможно, у нас сейчас в стране что-то изменится.” Действительно, прошло несколько лет, и страна начала меняться. Мне кажется, что искусство обладает огромной силой и способен не только производить эмоциональный опыт, но и преобразовать мир.

– Что поразило вас о работе с Марком Анатольевичем?

– У него очень острое чувство музыки. Таких режиссеров больше нет. Решил сделать рок-оперу на сцене драматического театра тогда, в советские времена это был вызов всем и вся. Этот смелый и категоричный, способность делать, не глядя на различные политические структуры, которые существовали в то время и остаются в наше время, характеризующееся Захарова. Он воплощал свои идеи и эти идеи изменили мир. Не в соответствии с кем-то или чем-то, и делал его мнению, и это было так ярко и заразительно, что изменилось сознание людей. Они следовали за ним, за его мышление.

– Откуда такой талант и мужество?

– От рождения. Он не только чувствовал музыку, но и тонкости актерской игры и сценографии спектакля. Он чувствовал влияние музыки эмоционально или нет. Это очень редкое качество, потому что многие люди не знают, как работать с композитором. Композитор – тонкое существо. Немного грубее будет работать, он не будет сочинять. Он был способен работать не только со мной, но с Геннадий Гладков.

После “Юноны и Авось” вы никогда не должны работать вместе?

– Да, в самом деле, последний раз я выходил на сцену как автор новой пьесы, и был выпуск 1981 года “Юнона и Авось”. Потом мы пошли каждый по своему пути. Однако, то, что было сделано – и по-прежнему “тот самый Мюнхгаузен”, достаточно сказать, что Марк Захаров, главный режиссер моей жизни. Не дай бог, случится в эти дни, рождаются вновь люди, которые приходят близко к высот он достиг. Слава Богу, что Марк Анатольевич оставил не только спектакли, но и большое кино. Они будут жить очень долго и влиять на формирование души человека и его мир. Говорят, что красота спасет мир, но и творческую смелость спасет мир. Марк Захаров является уникальным.

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*