Главная / Культура / Александр Градский: «Оставаться порядочным сложно»

Александр Градский: «Оставаться порядочным сложно»

3 ноября “отце советского рок-н-ролла” Александр Борисович Градский-70 лет. Евгений Додолев приготовил к этой дате книгу “Великая русская музыка” и пообщался с героем рассказа.

Фото: Евгений Додолев

С светской львицы Анны Субботиной.

— В этом году “Машина времени” 50 раз в 1969 году на основе.

— Конечно, каждый автор в “машину” приносит свой “смак”, так сказать… но вообще, конечно, Макар-это феноменальная группа. Это понятно. Лидер команды, без сомнения. Конечно. И с харизмой, и все остальное…

Но 50 лет группе. Можете ли вы представить, что группа нуждается в 50 лет существовать? И их заслуги бесспорны, конечно. Бесспорно, без дураков. Кутиков и Ефремов следующая группа на месте! Но и не отнять то, что вы назвали бренд “Машина времени” с самим собой.

Вы, как автор термина “журналист” очень нравится, наверное, оригинальный журналистские вопросы. У меня есть два. Первая — ваши творческие планы.

Хорошие, оригинальные.

— А второй мы сидим в “мэрии”…

— …Так называемых мастер-классов, то есть, “кто хотел, тот пришел”; я слушаю разных исполнителей. Выяснилось, что наша Земля является неисчерпаемым молодые, интересные голоса.

— А ваши ученики при подготовке программы, вы полностью репертуар претензии?

— Нет.

— То есть вы даете программе их только на милость?

— Да. Мы договорились о том, что произойдет.

Но “школьники” я бы не хотел их называть. Они уже установлены исполнители, свою позицию. Они мне были все на “Голос”.

Вот почему я говорю, что вы являетесь их наставником.

— Это была другая ситуация. Есть еще этой безумной скачки, когда нужно быстро решить, кто остается, кто остается, что поет, и так далее — Да, он был мобилизован. Но в то же время страшно. А здесь у нас спокойно. Мы можем совещаться, что нам делать, в каком направлении совершенствоваться.

— Вы, Александр, и “совещаться”?

Да, Да. Ты постоянно обращаешься со мной как тиран.

— Как Город.

— Ну, нет, нет… это все твои собственные придумки. В юности, в молодости, наверное, что-то подобное можно увидеть. И вот мне, наоборот, интересно, что они все придумали.

Например, я изобрел концерт памяти Александра Вертинского. Было решено организовать в день его рождения — 130-летие, кстати.

Я был и остаюсь поклонником современного искусства. Но большинство солистов Вертинский не пел… все, что они могли петь, а не эти работы. И они все показали, объяснили придумали. Они разводили. Начали предлагать что-то сами. И вдруг выяснилось, что разные песни Вертинского может быть наполнен различными певцами.

Мы сделали концерт, который прошел очень хорошо. И 95% это их заслуга, ребята. Потому что они сами нашли эту песню, они думали, что договоренности, они думали, что говорить. Пришли и гости. Олег Погудин, который очень хорошо поет Вертинского; Катя Гусева, Художник замечательный, Андрей Вадимович Макаревич пришел, кто также любит Вертинского исполнил два произведения. И это сильно украсило концерт.

Артисты театра все наши зрители привыкли. А затем обратился к гостям, которые действительно делают все время. Что мне сказать? К тому, что я хочу существовать здесь, в театре, а также… аккумулятор или что-то. Здесь я накапливать заряд. Потом сами художники… если надо, они заряжаются. Если вы этого не сделаете, они думают о чем-то, предложить.

Конечно, если это очевидно не так, я говорю “нет”. Но это бывает редко. Есть ошибки. Например, концерт с ошибками. Сольный концерт-это большая работа.

Отличное название для альбома, “рассказ с ошибками”.

— Может быть… но с неточностями, такими как: не организованы и песни, не рассчитали финал первого отделения, на мой взгляд… я могу сказать это. Человек ответил: “Нет, я хочу этого”. Я говорю, Хорошо. Потом концерт заканчивается. Происходит в какой-то степени на мой взгляд, т. е. ошибка очевидна.

Художника спрашиваю: так? Она говорит: Вы в следующий раз, когда вы делаете это ваш путь.

— Когда вы упомянули о концерте Вертинского, я сразу же вспомнил, что ты дочь Александра Вертинского был женат на Анастасии Александровны.

Да. И я должен сказать, что я была настроена таким образом.

— В смысле?

— Да, Настя мне многое рассказала. Она очень нежно он вспомнил своего отца. Для Марианны и Анастасии Александр — божества непререкаемый, во всех смыслах. Это было трудно для меня, чтобы по-настоящему понять… но тем не менее, я понял смысл всего этого. И через некоторое время, когда я по-настоящему проникся, что сделал Александр Вертинский, я тоже почти погрузился в свое искусство. Наконец-то это случилось, что после стольких лет я сделал этот концерт.

— Необходимость согласования авторских прав?

— Для разового выступления.

— То есть, если бы вы снимали фильм, скажем, или делая записи на диск, то надо было бы получить согласие?

— Конечно, механический закон. Тогда вам придется получить разрешение от наследников.

Была ситуация с концерта памяти галичан. В этот вечер убрали с Первого канала, был небольшой сабантуй тире скандал: родственники галичан возражали, что происходит. Ну, у нас не было нарушений каких-либо отношений, потому что мы не записали, нас не пустили фильм. Снимали все на Первом канале. Первый канал почему-то кажется, решили этот вопрос. Честно говоря, с наследников много великих людей, я бы сказал, нравственная проблема. В течение жизни условные авторов из родственников, т. е. в перспективе наследники, почти никаких контактов с Великого, но после смерти наследникам почти война…

Я здесь все говорят, никого не забанили…

Валентина Бирюкова очень необычные песни пел Галич.

— Комсомольцы… слушать, одна песня “Ты Таймыр”? Кто бы мог подумать, что автор “Вам Таймыр” впоследствии будет за границей, как ссыльный антисоветчик? Хотя ничего антисоветского в своей работе, что я видел. Просто протест музыку и поэзию протеста.

— Сейчас говорят, что эта ниша — музыка протеста взял на себя вину. Из-за текстов.

— Что-то в этом.

— У нас есть рэп-исполнители, с которыми вы работали?

Нет, конечно, это возможно. В сущности, эти скороговорки и частушки, а похоже на то, что делают Афро-Американцев…

— Похож?!

— Они похожи, да. Но это только потому, что народная музыка в разных странах очень похожи, очень похожи. Музыку, белый, желтый музыка, музыка черных людей — они все очень близки…

Давайте поговорим о серьезном, с первого курса музыкального колледжа. Как все начиналось? В первобытные времена?

Во-первых. С попытки объяснить, используя МОО, потом слово и пение как форма искусства…

Второй. С попытки объяснить с помощью жестов, а позднее и танец как вид искусства.

По всем вышеизложенным необходима помощь, чаще всего темп, что-то вроде шока, кусок дерева или битье в ладоши, затем шкура животного, натянутая на дерево, и т. д.

Тогда все народы трубы из стволов растения сами получить удовольствие, а кто-то в стадо и гнать скот…

Все…

Понятно, что везде климат разный, характер nacasante и т. д.

Но… основа у всех одна!

Разделить… но сейчас культура очень сильная. Это как черное вдруг становится необходимым и интересным для белых. Или искусство, например, японские дизайнеры, или люди, которые куют мечи, или танцы, или индийский ситар импровизировать, становится интересным в Европе.

Проникновение одной культуры в другую, лишь обогащает восприятие.

“Мультикультурализм” – это именно так, а не подавления одного другим. Все эти культуры сохраняются сами по себе. Вы знаете?

Много людей — удивительно это было, я не знаю, гордость, и русские, и русины, украинской культуры, общей культуры Российской Империи и Советского Союза — родились и процветали на земле современной Украины, но все они имеют в основе творчества русской культуры. То есть, они были уроженцами этой земли, но и, так сказать, обогатили русскую культуру.

И культур вокруг, может быть, семь или восемь-настоящему большое и важное для всего мира. То есть, немецкая культура, которая была укреплена, как река из Австрии. Существует англо-саксонская культура, происхождение немецких земель; есть французская культура; есть испанская, итальянская культура, известная нам. Наконец, есть также Восточной Европы. Есть культура Азии, Африки, Индии, Японии и Китая.

— Я насчитал одиннадцать.

— Ну, скажем, десять или двенадцать главных мировых культур. Из них самым выдающимся является, конечно, немецкий, французский, итальянский. В течение некоторого времени-испански, посредством рисования и искусства. И англо-саксонские за счет литературы и музыки. А русские — за счет всего.

Но иногда русская культура может быть обезвожен из-за отсутствия ее украинского и малороссийского народа, этот поток — он, кажется, не хватает, понимаешь? Но русская культура, конечно, могла бы и сама развиваться — в области, скажем, Орла, Москвы и Санкт-Петербурга. Но лучше всего было, когда много новых людей приехало из Украины, из Украины в Санкт-Петербурге. Г-н Шевченко, по крайней мере, например, Тарас. То есть, чтобы оторвать нас друг от друга возможно только через язык. Если народ живет на украинской земле, не очень тесно связанные с русским языком, то у них нет выбора, используя русский язык в мировой культуре. Они остаются поклонниками чудесных вещей: Леся Украинка, Иван Франко, Гулака-Артемовского, Березовского и Бортнянского, кстати, который, как вы знаете, в Италии он изучал, таким образом, стали основателями русской профессиональной хоровой музыки. Это позор, потому что я думаю, эта потеря не была так необходима. Можно было бы обойтись без него.

Ну, кто знает… люди выбирают. Государства выбирать свой собственный путь. Они хотят. Возможно, через какое-то время они хотят разных. Я только рад этому… но… свободный выбор! Пусть сам шишки набьет, без нашего участия.

— Что в нашей культуре достичь? Балет?

— Отлично.

У нас есть совершенно блестящие музыканты и солисты.

У нас есть много достижений. Ну, чтобы перечислить их все?

Достижения в спорте.

Есть достижения в строительстве, например. Сколько лет он не смог построить известный мост. Сколько лет его собираются сделать на сто, наверное? Еще в том году собирался. Но я сделал это.

Я вообще люблю, когда что-то создается. Не когда молоть языком, и когда вы делаете. Вот посмотри вокруг. На театре! 25 лет страдал. И теперь я могу сказать следующее.

Сегодня есть такое понятие: шоу-бизнес в России. Да? Это уже есть, не буду отрицать. Мне глубоко не нравится это понятие и все что с ним связано. Во всех смыслах. Музыкально и эстетично, и вкус — все. Ну, я сказал, что мне не нравится. Я как-то борются с этим? Нет. Но это место, “мэрия”, является альтернативой всем шоу-бизнесе. Его альтернатива заключается в том, что есть профессионализм, вкус и преданность.

— Я увидела лозунг из “мэрии” — это “альтернативный российского шоу-бизнеса”.

— Он уникален. Она, альтернатива, существует не потому, что это в знак протеста. Это просто есть и все. Нравится вам это или нет.

— Ваш друг и подельник, Андрей Вадимович Макаревич…

Сообщница?

— У вас были совместные проекты…

— Огромная куча исторических.

— Бизнес был. Так, Макаревич не нравится слово “юбилей”. Это связано исключительно с советскими реалиями.

— Ну, возможно, да.

— Но из песни слов не выкинешь. 3 ноября — 70 лет города.

— Дата, да.

— Что будет?

— Не буду петь. В “Крокус Сити Холле” состоится большой концерт. Где я все время на сцене, чтобы представить. Где-то поют, где-то просто сидел. Где-то мои коллеги будут петь солисты.

Но в основном это делается для того, чтобы себе лишний раз доказать, что я еще в хорошей вокальной форме.

— А ты в хорошей форме?

— В отличном. Я пару лет назад я бросил курить. Я подумал, что лучше я не буду петь, если вы бросите. Бросил курить — начал петь почти как в молодом возрасте. Неожиданно. Удивительные, удивительные превращения.

— Когда я ушел 7 лет назад, курение стало сало.

— Я тоже.

— Так. И что мы будем делать?

— Для того чтобы потерять вес медленно. Я уже избавилась от 8 килограммов. Теперь еще нужно чистить для того, чтобы выглядеть достойно.

— Как вы очищаете?

Да не ем ни черта. Овощи, фрукты… я не пью в первую очередь. Я не ем муки всякие сладкие вкусности. Картофель. И так далее.

— Это дается усилием воли?

— В какой-то степени. Саша-немного пришла ко мне: “папа, перестань”…

— Вы открыли дверь… Александр, это то же самое, как Александр, одаренный в музыкальном плане? Или еще рано говорить?

— Конечно, слишком рано говорить. Но он интересный персонаж. Самое главное, очень хороший.

— Это не сын города в этом смысле?

— Может быть, я тоже был в 4 лет. Не знаю, что со мной, а потом обстоятельства сделали. Переезда в Москву. Четыре 8 метров. Спит на трех стульях вместо кровати. Все это может привести к еще худшим результатом, чем тот, который мы имеем сейчас…

Нет, Саша, это очень хорошо.

Иногда злится.

Интересуется футболом.

Ну, вот, так или иначе, он сын отца, верно?

— Да, я, видимо, начал по этому вопросу.

— Итак, вы видите вместе?

Да. Марина иногда позволять ему сидеть со мной. Иногда. Потому что это действительно невозможно переборщить.

С футболом вы не можете переусердствовать?

— С телевидением. Марина боится, что он слишком резко отреагировал. Но он не похож на все остальное. Даже мультики не особо смотрит. Вот футбол, хоккей… и все. Он помнит, кто Вы играли, что называется командой.

“Папа, мы едем в Барселону болеть или взаправду?” Я говорю: я пойду за “Барселону”. И он сказал, ‘ я буду по-настоящему. Тогда “Барселона” побеждает. 3:1 уже. Он помолчал, а потом сказал, Слушай, я думаю, я буду болеть за “Барселону”. Я сказал, почему, потому что “Реал” проигрывает? Он ответил: Да, я буду лучше болеть за тех, кто побеждает. Я сказала Хорошо, что вы есть. И он сказал: Хорошо, я придумал, пусть будет так, ты не возражаешь? Я говорю: Нет, я не против боли. Очень смешно, чтобы поддержать того, кто выиграет.

Он катается вокруг всего за 4 года, нормально.

— Кстати, я только сейчас, когда вы говорили о спорте, я понял, что среди близкого окружения, среди друзей Градский Александр Борисович, на мой взгляд, нет спортсменов. Или я ошибаюсь?

— Слава Фетисов. У нас хорошие отношения. Хотя и не часто встречаются. Старшинов. Был в очень хороших отношениях.

— А игрокам нет?

— Игроки не. Это Егор Титов, видимся редко.

Кстати, о футболе… история Кокорин и Мамаев попали в ваше поле зрения? Многие сравнивают их для мажоров, которые живут под лозунгом товарища Полонского: “У кого нет миллиарда евро, могут идти в ж… так почти все идут в ж…”.

В общем, вы правы. Я не знаю, если Полонского, который провел некоторое время. Я даже не знаю, где он сейчас. Так ляпнуть или сделать что-нибудь и тебя посадят в тюрьму на пять лет. Или почему дома не спит после гулянки, и “попасть” в закусочной, а кто-то “не так” лупит стул…

Вот когда к тебе относятся более-менее уважительно, и я чувствую, что это как-то да… как можно испортить жизнь о тебе каждый второй скажет, что ты Г…

Я написал оперу “стадион”. Был Анхель Парра, чилийский певец Виктор Хара. Два одинаковых певица. Оба солисты, оба социалисты, оба на гитаре и пел всякие песни протеста, но руки Виктора отбили, а что мужчину отпустили, и он полетел в Лондон, Анхель Парра…

И я написал оперу “стадион” только потому, что я не мог понять, как это может произойти. Два одинаковых актера, две абсолютно одинаковые настройки рабочего человека, как поймали. Одного посадили в самолет и он полетел в Лондон, а второй на стадионе прибыл. Очевидно, — объяснил я, — один сказал: “Нет, конечно, не бойся, тихо исчезнуть, уйти, удалиться”. И еще: “Да пошли вы…”. Я вот думаю. И ему отбили руки просто из принципа.

Я не знаю, как бы я себя повел в этой ситуации. Как говорил незабвенный инженер Брунс: “за 150 стульев я буду продавать за 200 и не продают, и будут продавать за $ 250”.

— Возможности рождают намерения. Действительно, прямо Бисмарка. Пока вы предложили миллион, и у вас нет намерения судить по-честному. Когда возникает возможность, получить “лимон”, что может быть намерением. Это не могло быть раньше. В любом случае, это действительно легко быть честным, когда у вас не было возможности быть нечестным, так как намерение быть нечестными никто не. Все есть намерение быть честным и справедливым, но когда дается возможность не быть, то вот все…

— Я могу сказать, кроме того, что есть еще одно обстоятельство. Если вы посмотрите вокруг и увидеть гораздо больше людей, которые ведут себя честно, то это одно. Когда ты видишь, куда ни плюнь везде дерьмо — тогда я говорю себе: “Ну, ладно”.

Чтобы остаться порядочным человеком очень сложно. Я не знаю, как нить в иглу. Для меня это было тяжело. Но, я думаю, мы получили…

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*