Не сланцем единым: чем рост производства СПГ в США чреват для мирового рынка


(Клайд Рассел — аналитик рынка. Изложенные ниже взгляды
отражают его личную точку зрения)

* Динамика роста предложения СПГ в графиках доступна по
ссылке: http://reut.rs/2ouZHQT

ЛОНСЕСТОН, 13 мар (Рейтер) — Если задаться вопросом, за счёт
наращивания предложения какого сырьевого товара США меняют
баланс мировой торговли, то на ум сразу же приходит нефть.

Но не всё так однозначно: рост производства сжиженного
природного газа (СПГ) в США всё чаще наводит на мысль о том, что
в планах у Вашингтона занять ведущее положение и на этом рынке,
невзирая на уже достаточный уровень предложения.

За последнее время уже немало было сказано о том, что рынок
СПГ вряд ли столкнётся с переизбытком, учитывая хороший рост
спроса на сжиженный газ в Азии, особенно в Китае – втором по
величине импортёре СПГ после Японии.

В своём ежегодном обзоре рынка СПГ Shell прогнозирует рост
спроса на сжиженный газ на 4 процента в год до 2035 года,
отмечая, что за указанный период газ станет наиболее
быстрорастущим источником энергии.

По оценке англо-голландского концерна, рынку СПГ к 2030 году
необходимы инвестиции в размере более чем $200 миллиардов для
удовлетворения растущего спроса.

Оптимистичный прогноз Shell весьма оправдан, так как в
условиях ожидаемого роста спроса интерес к развитию новых
СПГ-проектов в мире действительно возродился.

В последние годы инвестиции в СПГ-проекты резко упали из-за
активного наращивания предложения: Австралия запустила восемь
новых заводов по сжижению газа, а США в настоящее время работают
над вводом в эксплуатацию второго экспортного проекта, ещё пять
– на очереди к 2019-му.

Большая часть введённых в Австралии мощностей были запущены
ещё при старой модели, то есть, когда долгосрочные контракты на
поставку, зачастую привязанные к ценам на нефть, обеспечивали
миллиарды долларов капитальных инвестиций при долгом сроке
окупаемости.

В США модель несколько иная: гораздо меньший объём будущей
продукции законтрактован под поставки, а это, в свою очередь,
означает, что больше СПГ будет продано по спотовым ценам с
привязкой к индексу на площадке Henry Hub.

И вот здесь влияние США на рынок СПГ очень схоже с тем, как
американские сланцевые добытчики сегодня трансформируют мировой
рынок нефти.

Для традиционных экспортёров сырья – России и Саудовской
Аравии – задача поднять цены на нефть оказалась сложнее, чем они
полагали, в основном из-за того, что покупатели, особенно в
Азии, развернулись в сторону альтернативных поставщиков в
условиях действия глобального пакта ОПЕК+.

В декабре 2016 года Организация стран-нефтеэкспортёров
(ОПЕК) и несколько государств вне картеля, включая Россию,
договорились сократить добычу сырья примерно на 1,8 миллиона
баррелей в сутки ради выравнивания баланса глобального спроса и
предложения. Соглашение действует до конца текущего года.

Да, производителям ОПЕК+ удалось добиться определённого
успеха в сокращении мировых запасов сырья, но это стоило им доли
на наиболее быстроразвивающемся рынке энергоносителей – Азии.

ПО НАКАТАННОЙ

Чтобы в этом убедиться, достаточно взглянуть на статистику
Главного таможенного управления Китая.

В 2017 году доля Саудовской Аравии в совокупном импорте
Китая снизилась до 12,4 процента с 13,4 процента годом ранее. В
то же время доля США за отчётный период выросла на 0,13 процента
до 1,84 процента.

Если США сами по себе не представляют серьёзной угрозы для
ОПЕК в Азии, то рост поставок вкупе с другими более мелкими
игроками, не участвующими в сделке ОПЕК+, делает картину
изменения структуры импорта нефти в Китай более наглядной.

Так, доля Бразилии в импорте нефти в Китай выросла до 5,5
процента в 2017 году по сравнению с 5 процентами в 2016-м, а
доля Великобритании за указанный период выросла до 2 процента с
1,3 процента.

Рост производства ресурсов сланцевой нефти в США уже
всколыхнул нефтяные рынки, то же может проделать и американский
сланцевый газ, во всяком случае до тех пор, пока грядущему
избытку предложения не будет противостоять рост спроса.

К 2020 году США дополнительно запустят мощности по
производству около 50 миллионов тонн СПГ в год, при условии что
проекты, которые в настоящий момент реализуются, будут сданы в
срок.

Китай в прошлом году закупил 45,4 процента СПГ у Австралии,
ещё 19,7 – у Катара, тогда как на долю США пришлось всего 3,9
процента.

В то же время импорт СПГ из США в Китай в 2017 году вырос на
661 процента до 1,5 миллиона тонн по сравнению с предыдущим
годом, а с вводом новых мощностей США только усилят конкурентную
борьбу за долю на азиатском рынке.

Проводя параллель со сланцевой нефтью, можно сказать, что
наплыв американского СПГ на глобальный рынок также может
изменить карту торговых поставок сырья.

Сжиженный газ из США будет конкурентоспособен в странах
Латинской Америки, а, кроме того, он может потеснить позиции
Катара в Европе, из-за чего тот будет вынужден перенаправить
большие объёмы в Азию, так что мечты Австралии стать крупнейшим
экспортёром СПГ рискуют так и остаться мечтами.

И хотя Shell и остальные могут быть вполне правы, говоря о
необходимости строительства новых заводов для удовлетворения
спроса к 2030 году, в ближайшие пару лет рынок СПГ всё же может
столкнуться с трудностями.

Так, несмотря на то что в прошлом году спрос на сжиженный
газ в Китае вырос на 46,4 процента в годовом сравнении до 38,1
миллиона тонн, с приёмом дополнительных объёмов могут возникнуть
трудности, и речь здесь идёт не только о США, но и о более
мелких проектах, в основном базирующихся в Африке.

Среди других факторов, способных изменить устоявшийся
порядок на рынке СПГ, – наметившаяся среди покупателей сырья
тенденция требовать перехода к более гибким контрактам,
наращивание активности трейдерами, а также обусловленная
сезонными факторами неустойчивость спроса, особенно в Китае.

В целом же мировому рынку СПГ придётся адаптироваться к
росту предложения сырья из США, и здесь единственное, наверное,
отличие от нефтяного рынка заключается в том, что первый не
может похвастаться наличием сформировавшейся группы
производителей, способной выработать скоординированный ответ.

Текст на английском языке доступен по коду.
(Перевела Татьяна Водянина. Редактор Андрей Кузьмин)